Юаньбоюань — пекинский парк множества парков и множества красот


Радостно мне у весенней реки — рвется от счастья душа. С посохом верным в душистых цветах долго брожу не спеша. Вновь я безумен, как ивовый пух, пляшущий на ветерке; И безрассуден, как персика цвет в бурной весенней реке.

Ду Фу 杜甫 (712 — 770). «Переполнен радостью».


Введение

На юго-западной окраине Пекина расположена большая, но относительно мало известная достопримечательность столицы Китая. Она называется Юаньбоюань (园博园 Yuán bó yuán), что я перевел как «Парк множества парков» (вариант: «Сад множества садов»). Можно также — Парк (Сад) множащихся парков, Парк расширяющихся парков и т.п. В англоязычной среде принято название Garden Expo Park (так называется и ближайшая станция метро).

Площадь Юаньбоюань составляет около 513 га. Довольно большую часть (примерно 246 га) занимают несколько водоемов: в том числе часть русла реки «вечного спокойствия» Юндинхэ (永定河 Yǒngdìnghé), которая здесь называется озером Юаньбоху (园博湖 Yuánbó hú); а также Ляньшиху (莲石湖 Liánshí hú), то есть Озеро лотосов и камней. Река Юндинхэ славна тем, что через нее перекинут знаменитый мост Лугоуцяо, популяризованный в Европе под названием мост Марко Поло.

Парк Юаньбоюань отражает принцип «культурное наследие, экологический приоритет, обеспечение человеческого благосостояния и постоянное развитие». Эти внушительные слова соответствуют внушительной деятельности: парк возник путем радикального благоустройства огромной свалки на основе современных технологий и научных экологических концепций.

Сейчас в парке Юаньбоюань я никак не мог бы повторить слова Черной Королевы из «Алисы в Зазеркалье»: «Разве это сад? Видала я такие сады, рядом с которыми этот — просто заброшенный пустырь!»

Но так выглядела эта территория несколько лет назад:

Территория Юаньбоюань имеет особую планировку, определяемую как «Одна Ось, Две Точки и Пять Парков». «Одна Ось» означает стержневую ландшафтную линию, пересекающую основную часть садово-парковой выставки. «Две Точки» относятся к башне Юндин и Прекрасной долине Цзиньсюгу (锦绣谷 Jǐn xiù gǔ) (в английском варианте используется образный синоним — слово Brocade, то есть «Парчовая»; вообще же буквальное значение «Долина расшитой узорами парчи»).

Но довольно длинного текста. Отправлюсь по парку Юаньбоюань и буду показывать его виды. Кстати, я не могу сказать, что мне все однозначно понравилось, но это вполне естественно — содержание парка огромно и разнообразно, а я не обладаю такой широтой вкуса. Но уверен по личному опыту, что каждый найдет здесь много приятного для себя.

Международный парк

В Международном парке представлены модели садово-паркового искусства нескольких цивилизаций, расположенных вне Китая: Европа, арабско-мусульманский мир, Персия, Индия. Эта часть Парка Юаньбоюань не показалась мне сильно интересной. Отчасти потому, что она еще явно не завершена.

Подражание Версальскому дворцу:

Арабский мир:

Вход в Индийский павильон:

Парк водно-болотных угодий

Исключительно позитивное впечатление произвел на меня парк водно-болотных угодий. Его не назовешь исключительно живописным, но тут вопрос скорее психологического ощущения.

Через болото проложены деревянные дорожки, по которым, под аккомпанемент радостного хора лягушек, я дошел до смотровой башни:

Будь я жителем Пекина, минимум раз месяц точно бы выбирался в это место, чтобы отдохнуть душой от суеты:

Общий обзор пейзажей парка Юаньбоюань

Далее отправлюсь с общим обзором пейзажей Юаньбоюань, не вдаваясь в конкретику (о конкретных парках речь пойдет в другом разделе). Растения, камни, вода, симпатичные сооружения — надежный дизайнерский рецепт очаровательной картины в моем восприятии:

Апрель — время бурного цветения. Я почти не разбираюсь во флористике, поэтому не могу назвать почти никакие виды. Просто демонстрирую:

Через территорию Парка проходит дорожная эстакада, опоры которой украшены рисунками:
Тихое озеро:

Радуют глаз не только цветущие деревья, но и цветы. По сему поводу я решил обратиться к японской поэзии и цитирую поэта Ки но Томонори (IX–X вв.):

В веселый тихий

И ясный день весенний

Как торопливо,

Желанью сердца вторя,

Оделся мир цветами!

Парчовая долина площадью 20 гектаров представляет собой модель преобразования негодной территории в чудесное цветущее пространство.

Снова обращусь к цитате, а именно из чань-буддистского трактата «Скрижали Лазурной Скалы»:

Монах спросил Далуна:

— Физическое тело разрушается. А что такое неуничтожимое тело реальности?

Далун сказал:

— Горные цветы горят, как узор на парче. Потоки в долинах блещут голубизной, как индиго.

Весь парк «исчерчен» дорожками, бродить по которым сплошное удовольствие. Везде гостей ждут красивые ландшафты.

Их гармоничный вид так и просится на холст, и по этому поводу мне вспомнилась цитата из произведения Олдоса Хаксли «Двери восприятия»: «В Китае расцвет пейзажной живописи до положения главной художественной формы произошел около тысячи, в Японии — около шестисот, а в Европе — около трехсот лет назад. Приравнивание Вселенской Формы к изгороди было сделано теми Учителями Дзена, которые обвенчали даосский натурализм с буддистским трансцендентализмом. Следовательно, только на Дальнем Востоке пейзажисты сознательно расценивали свое искусство как религиозное».

Я люблю воду, особенно небольшие водопады, водоемы и водотоки. Конечно, парку Юаньбоюань есть что предложить моему взору:

Кстати, читатель может подумать, что здесь совсем мало людей. Местами в самом деле безлюдно, но есть и популярные пространства и объекты. Водопад как раз относится к таким:

Вода в Китае считается олицетворением Дао. В основополагающем даосском трактате «Дао Дэ цзин», который приписывается легендарному мудрецу Лао-цзы (VI–V вв. до Р.Х.), говорится (§8): «Высшее благо подобно воде: Вода приносит благо всей тьме вещей и ни с чем не борется».

Есть также некоторое число скульптурных композиций:

В пейзаже выделяется здание павильона Вэньчан:

Вэньчан крупным планом:

Река и окрестности с горами и многоэтажной застройкой:

Путь к павильону Вэнчан и башне Юндин пролегает по холмам, кое-где довольно крутым. Кстати, в павильон и башню зайти нельзя; так что, в принципе, этот путь сто́ит преодолеть, если имеется много времени, сил и интереса.

Вот я и у башни. Башня Юндин, имея в высоту около 70 метров, является заметным отовсюду маркерным пунктом парка:

Пора идти назад, к тематическим (то есть региональным садам) садам. Кстати, идея представить в одном комплексе разные регионы напомнила мне пекинский Парк этнических культур.

Тематические региональные парки

Парки Центрального Китая

Цзиньчжун (晋中 Jìnzhōng) — городской округ в центральной части провинции Шаньси. Темой сада Цзиньчжун является культура торговцев Шаньси. Она насчитывает около 600 лет и сыграла важную роль в становление банковской системы Китая. Прообразом послужила резиденция цинского времени торговцев из рода Цяо, которая находится в Цзиньчжуне.

Лунные ворота. Иероглифы над входом 音清 (qīng yīn); произносится «цинъинь», что переводится как «мягкая и нежная музыка»:

Хотя ничего не понятно, но все равно ценю красоту китайской иероглифической грамоты:

В центре сада Цзиньчжун находится павильон, напоминающий театральную сцену:

Шансийское купечество сыграло важную роль в становлении и популяризации жанра оперы Шаньси — пуцзюй (蒲剧 pújù). В театре торговцы занимались коммерческими делами и проводили досуг.

Здесь есть интересная зеркальная ширма, за которую можно заглянуть:

Обнаружатся картины и тексты на дереве:

Сиань (西安 Xī’ān) — столица провинции Шэньси, один из старейших и важнейших городов Китая. Его сад подчеркнуто строгий и бесхитростный.

Мне понравились металлические украшения на стенах:

Сад Чжэнчжоу (鄭州 Zhèngzhōu), представляющий город в провинции Хэнань, имеет в центре строение, прототипом которого служит знаменитый храм Шаолинь:

Храм принадлежит школе чань–буддизма (более известного нам под японским названием дзен) и характеризуется подчеркнутой простотой форм и материалов. Статуя Бодхидхармы (санскрит बोधिधर्म; китайское имя Путидамо: 菩提達摩 pútídámó) — основателя чань–буддизма; «бородатого варвара», как называли в Китае этого мудреца, предположительно родом из Персии:

Сад Шицзячжуан (石家庄 Shíjiāzhuāng) представляет центральную провинцию Хэбэй. В этом саду нет ни строений, ни пейзажей — только образ культуры традиционной китайской медицины. О содержании этого образа я, к сожалению, судить не могу по причине незнания.

Парки Восточного Китая

Сад Цзянсу (江苏 Jiāngsū); другое название — И Цзяннань (忆江南 Yì Jiāngnán), то есть «Воспоминания о Цзяннани».

Это выражение также является названием мелодии для исполнения стихов в жанре цы (词 cí). В качестве примера упомянуто написанное поэтессой Учжао (XIX век) стихотворение из восьми строф, каждая из которых начинается так: «Цзяннань! // Особо вспоминаю я // <...>».

Прообразом сада Цзянсу послужили два знаменитых сада региона Цзяннань (исторической области на правом берегу нижнего течения реки Янцзы): Чжаньюань (瞻园 Zhān yuán) в Нанкине и Лююань (留园 Liú yuán) в Сучжоу.

В центре находится прудик, который я обошел по периметру. В пруде, кстати, есть золотые рыбки.

Главный павильон Фигурки на крыше производят впечатление смеющихся:

Картины в павильоне:

Бонсаи и мозаика:

В саду Наньчан (南昌 Nánchāng) — города в провинции Цзянси — стоит статуя китайского монаха, художника, поэта и каллиграфа Чжу Да (朱耷 Zhū Dā; 1626–1705), известного под псевдонимом Бада Шаньжэнь.

В саду Хэфэй я с восторженным трепетом узрел величественную фигуру:

Город Хэфэй (合肥 Héféi) в провинции Аньхой является родиной судьи Бао Чжэна (包拯 Bāo Zhěng; 999–1062), который жил в эпоху династии Сун. Известен как прообраз мудрого и справедливого судьи Бао, главного героя ряда литературных произведений. После смерти Бао Чжэн был обожествлен. При проведении особо сложных расследований его духу приносились жертвы, также ему молятся с целью вынесения благоприятного приговора. Несколько городов Китая объявили Бао Чжэна своим божеством–покровителем.

От статуи Бао Чжэна ведет дорожка, переходящая через маленький ручей по изящному мостику:

Здесь мне запомнилась эффектная арка. Я повидал в Китае немало арок, но нахожу эту отнюдь не рядовой:

Несколько участков, принадлежность которых я не запомнил (скорее всего, они тоже относятся к провинции Аньхой). Показываю из эстетических соображений:

Парки Северного и Западного Китая

Сад Урумчи (ئۈرۈمچی 烏魯木齊 Wūlǔmùqí) посвящен столице Синьцзян-Уйгурского автономного района (Восточного Туркестана) — мусульманского региона на северо-западе Китая:

Юрты сада Хух-Хото (呼和浩特 Hūhéhàotè), столицы автономного района Внутренняя Монголия:

Сад города и одноименной пустыни Ордос (鄂尔多斯 È’ěrduōsī) в автономном районе Внутренняя Монголия наглядно отображает основу жизни местного населения:

Интересно, что в начале I тысячелетия регион был заселен грозным народом хунну, постоянно воевавшими с китайцами, одним из результатов которых явилось строительство Великой Китайской Стены. А сад вполне миролюбив:

Шэньян (瀋陽 Shěnyáng) — город, ранее называвшийся маньчжурами и русскими Мукден, находится на северо-востоке Китая, в провинции Ляонин. В старые времена это была территория Маньчжурии, давшей (точнее, навязавшей силой) Китаю последнюю Императорскую династию Цин. Маньчжуры не были богатым народом, поэтому домики у них весьма скромные.

Скотоводство было важной отраслью хозяйства в Маньчжурии:

Забавные изображения маньчжурских героев:

Парки Южного Китая

Сад Сянтань (湘潭 Xiāngtán) представляет город, расположенный в провинции Хунань.
Сянтань часто называют городом лотосов — Ляньчэн (莲城 Liánchéng).

Правда, самих лотосов я как раз здесь не увидел. Увидел маленький пруд, который называется Бирюзовый источник — Бицюань (碧泉 Bìquán).

Беседка — непременный атрибут китайских садов:

Сад Чэньчжоу (郴州 Chēnzhōu) с юго-востока провинции Хунань мне запомнился каменной стеной, в которую вкраплена изящная резьба по дереву:

Сад Хайкоу (海口 Hǎikǒu) выражает тему моря, ибо отсылает к острову Хайнань; также можно увидеть соломенную крышу в традициях местного населения:

Линнань (岭南 Lǐngnán; буквально «К югу от горных хребтов»)— историческое (со времен династии Восточная Чжоу) название юго-восточной части Китая, преимущественно провинции Гуандун и соседней с ней Гуанси (ныне Гуанси-Чжуанский автономный район), а также северного Вьетнама.

Сад отличается изящными классическими формами и пышной южной растительностью:

Три веселых ребенка символизируют музыкальный дух Линнаня — глядя на них, хочется тоже пуститься в пляс:

Чунцин (重慶 Chóngqìng) — огромный город в юго-западной провинции Сычуань. Его называют городом холмов. Представлены горки и дома на высоких сваях.

Яркие цвета:

Минь (闽 Mǐn) — государство, существовавшее в X веке на территории современной юго-восточной провинции Фуцзянь. Сад Минь отражает традиции города Фучжоу, а также народов хакка (южно-китайский субэтнос) и мацзу (обитатели приморья Фуцзянь).

Пруд обильно порос водной растительностью:

Очень интересны многоцветные украшения на домах:

Здесь можно увидеть статую Тяньхоу Мацзу (天后媽祖 Tiānhòu Māzǔ: «Небесная Государыня Мацзу») — богини–покровительницы мореходов в поздней китайской мифологии. По преданию, прообразом Мацзу стала девушка по фамилии Линь, родившаяся в рыбацкой деревушке на острове Мэйчжоу близ Путяня около 960 года. По легенде, она не издала ни звука в первый месяц своей жизни, и потому была названа Линь Монян (林默娘), то есть «молчаливая девочка Линь». Она могла плавать по морю на циновке и переправляться на острова на облаках. Она летала спасать братьев, терпящих бедствие на море. После того, как в возрасте 28 лет она вознеслась на небо, ей стали полностью подвластны все движения вод. Если Мацзу прикажет, утихнут наводнения и тайфуны. Но если ей будет угодно, стихия может снова разбушеваться. Имя Мацзу означает «Мать–Предок»

В Китае много статуй Мацзу; например, есть в Макао.

По необъяснимой причине мне более всего полюбился именно парк Макао (португ. Macau; кит. Àomén, то есть Аомынь) — бывшей португальской колонии на юге Китая. Им я и завершу свой рассказ о пекинском Парке Юаньбоюань: